«Слава Украине» и зона свободной торговли: итоги визита Эрдогана в Украину
Автор: Александр Гнидюк, эксперт Фонда общественной дипломатии

В последние годы формат украино-турецких отношений приобрел особый смысл, учитывая фактор военного противостояния с Россией и общий уровень безопасности в Черноморском регионе. Турция, несмотря на довольно тесное партнерство с Россией, пытается укреплять собственную субъектность и играть самостоятельную геополитическую игру.

В этом контексте следует воспринимать и довольно прагматичный уровень сотрудничества Реджепа Эрдогана сначала с Петром Порошенко, а, впоследствии, и с Владимиром Зеленским. Турецкая сторона привлекалась в качестве переговорщика в вопросах освобождения украинских заложников (Ахтема Чийгоза и Ильми Умерова), поставляла военное снаряжение для украинской армии и помогала в получении Томоса. Однако подобные шаги Эрдогана делались из конкретного политического расчета, учитывая существующую конъюнктуру и статус Анкары на международной арене. Именно поэтому остается открытым вопрос относительно того, что именно, кроме политической части обсуждали руководители двух государств в Киеве.

Международный контекст встречи

Визит турецкой делегации во главе с президентом страны Реджепом Эрдоганом получил дополнительный смысл из-за очередного обострения на уровне двусторонних отношений между Анкарой и Москвой. В канун прилета Эрдогана в Киев состоялась эскалации военных действий в сирийской провинции Идлиб в результате которого погибли 6 турецких солдат, стало очередным раздражителем между Эрдоганом и Путиным.

Напомню, что Россия и Турция, несмотря на значительные различия в интересах, длительное время пытались проводить совместную игру на Ближнем Востоке. В частности, речь идет о выработке общей повестки по стабилизации ситуации в Сирии и Ливии. На определенном этапе обеим сторонам удавалось сохранять определенный баланс и поддерживать существующие договоренности, но ситуацию начала обостряться в течение последних нескольких месяцев. Стоит вспомнить о «миротворческих» инициативах Кремля по Ливии и ряде встреч на высшем уровне между ключевыми группами влияния в стране, которые сначала прошли в Москве, а уже через несколько дней, при поддержке Ангелы Меркель, перенеслись в Берлин. Напомню, что эти попытки не получили ожидаемого эффекта, по крайней мере на данном этапе. Кремль продолжает склоняться в пользу командующего Ливийской национальной армии Халифы Хафтара в то время, когда Эрдоган лоббирует интересы Фаиза Сараджа, главы правительства национального согласия.

Ситуация в Сирии стала следующей проблемной точкой в течение короткого промежутка времени, а точнее наступление поддерживаемых Москвой войск режима Башара Асада в провинциях Идлиб и Алеппо, которое представляет прямую угрозу для интересов Анкары. Турция активизировала новую фазу военной операции в Сирии, поскольку стремится сохранить контроль над городом Саракиб, который является одной из стратегических транспортных развязок и позволяет контролировать две транспортные артерии – трассы М4 (Латакия – Алеппо) и М5 (Алеппо – Дамаск). Особую остроту этому вопросу придает факт якобы «случайного» обстрела турецких позиций, который завершился человеческими потерями. Хотя, согласно заявлениям турецкой стороны, Россия была предупреждена о расположении турецких войск. Эрдоган, несмотря на предварительные договоренности с Путиным, воспринял подобные действия достаточно враждебно. Поэтому очередное обострение турецко-российского противостояния выглядит вполне закономерным, а визит в Украину, наряду с конкретными политическими заявлениями, – четкий сигнал со стороны Эрдогана в адрес Путина.

Результаты переговоров Зеленского с Эрдоганом

Обращение к почетному караулу в формате «Слава Украине!» в исполнении Эрдогана вызвало настоящий хайп в значительной части украинского общества. Однако и этого оказалось недостаточно, ведь стоит обратить внимание на конкретные заявления о непризнании российской аннексии Крыма и открытую критику политики Москвы в Сирии. Такие спичи турецкого президента напоминают политическую игру, направленную на демонстрацию собственной силы. Украина для этого подходит идеально, учитывая фактор украино-российского противостояния, которое ослабляет и без того сложное положение Киева в регионе и, во многом, ставит в большую зависимость от более сильных игроков. Поэтому подобные выпады не имеют никакого практического смысла, кроме медийной картинки и чувства внутреннего удовлетворения у значительной части общества.

На финальном брифинге по итогам переговоров президенты заявили о предоставлении турецкой военной помощи Украине в размере $36 млн, закупку турками украинских самолетов Ан-178 (хотя заявление выглядело достаточно туманным, без объявления деталей соглашения), усилении сотрудничества в рамках Черноморского региона и реализации совместных инфраструктурных проектов (опять без всякой конкретики). Также стороны обсуждали возможные поставки азербайджанского газа через газопровод TANAP – это имеет определенный позитив учитывая перманентную потребность в диверсификации поставок, но в большей степени несет политический характер, учитывая сложности, связанные с практической реализацией проекта.

В перечень успехов следует отнести усиление переговоров о подписании Соглашения о зоне свободной торговли и амбициозные заявления о необходимости увеличения товарооборота с существующих $4 до $10 млрд в перспективе следующих одного-двух лет. Но многое будет зависеть от реальных интересов турецкой стороны, поскольку подобного рода заявления с определенной периодичностью озвучивались длительное время (начиная с 2010 года), но в предыдущих случаях Анкара блокировала договоренности на практическом уровне. Еще один рисковый момент заключается в реальных просчетах и возможной выгоде для Украины. На данный момент нам удается сохранять положительное торговое сальдо, но темпы роста турецкого импорта на территорию Украины в пять раз превышают соответствующие показатели украинского экспорта, что заставляет задуматься над практическими результатами возможной сделки.

Однако следует признать, что в случае нахождения взаимовыгодного решения и достижения конкретных договоренностей украинская сторона может получить значительные дивиденды и усилить уровень двусторонних отношений со стратегическим партнером.

Популярные публикации