Энергетическая угроза: реальная ситуация вокруг транзита российского газа и рекомендации украинскому руководству
Владислав Сердюк, эксперт Фонда гражданской дипломатии

На фоне непростых, а временами даже невероятно трудных отношений между РФ и Украиной, особенно с 2014 г., страдают не только сами участника конфликта, но и широко понимаемое международное сообщество, которое «обеспокоено» и вынуждено «пассивно» принимать в нём участие. Речь идёт не только о санкциях, но также и об интересах в энергетическом секторе. Потенциальные угрозы и кризисы, участники глобального энергетического сектора стараются  минимизировать, создавая «пути обхода» таким образом, обеспечив себе стабильность и предсказуемость.

Насколько становится понятным в данном тексте речь пойдет о судьбе будущего транзита российского газа через Украину, достраивающихся двух ниток «Турецкого потока», а также строящегося газопровода «Северный поток-2», которые идут в обход газотранспортной системы нашей страны.

Украинская газотранспортная система (ГТС) – одна из самых крупных не только в Европе, но и в мире. Ежегодно она в состоянии пропускать через себя 288 млрд. м3 российского газа (прокачка в направлении стран ЕС составляет 120 млрд. м3). Транзит российского газа является одним из крупных источников дохода Украины, поскольку наличие ГТС и транзитного договора с «Газпромом» приносит нашей стране от 2 до 3 млрд. долларов ежегодно. Ввиду существующей перспективы внедрения в жизнь «СП-2» и «ТП», а также разговоров относительно перспективы создания дополнительных газопроводов, обходящих Украину (которые могут мотивировать «Газпром» прекратить договариваться с Украиной), в Киеве возникают объективно обоснованные переживания. Во-первых, относительно будущих доходов от ГТС (рентабельности её содержания), а, во-вторых (и это ключевой момент), импорта газа в нашу страну (который обещает снизиться вместе со снижающимся транзитом). Стоит задаться вопросом: насколько сценарий прекращения транзита газа через Украину будет реален? А также может ли Украина остаться без необходимых объемов импортного газа в случае прекращения поступлений в страну реверса от европейских трейдеров?

Начать следует с того, что уже был прецедент, когда транзит газа через Украину приостанавливался. Вспоминаем 2009 г. А значит, стоит признать, что опасения относительно возможности «нулевого» транзита объективны и обоснованы.   

Как известно, НАК «Нафтогаз» с большим удовлетворением и невероятной гордостью заявляет, что с 2016 г. Украина не закупает газ у России ввиду политических соображений. Тем, кто мало-мальски разбирается в вопросе известно, что это происходит лишь в юридической плоскости. Т.е. украинское правительство покупает себе «индульгенцию» от греха торговли с агрессором у населения. На самом же деле, в Украину заходит тот же российский газ, под видом «реверсного» газа. Эта схема выглядит следующим образом: «Газпром» продаёт Польше, Словакии и Венгрии газ, который идёт через украинскую ГТС. Как только газ пересекает границу он тут же становится собственностью европейских газовых компаний, которые продают его Украине, другими словами, часть транзитного газа, шедшего через нашу территорию просто «разворачивается». Таким образом, юридически, одним из крупнейших импортеров газа в Украину вместо России становится Словакия (закупающая его у РФ), которая в 2017 г. импортировала к нам 9,9 млрд. м3 (Рис. 1) (по данным НАК «Нафтогаз»), обеспечив 70,5% всего украинского газового импорта. А начиная с 2014 г. Украина и вовсе импортировала от Словакии почти 37 млрд. м3 газа. Естественно, политически аргументированная необходимость не покупать российский газ, совсем нецелесообразна с экономической точки зрения, поскольку данный «разворот» увеличивает окончательную цену газа на 1/3 от его стоимости.

Стоит признать следующий факт: «Северный поток-2» несмотря на старания противников данного проекта (Польша, Украина, США) скорее всего, будет достроен ввиду наличия более серьезных (релевантных) сторонников и лоббистов реализации нового газопровода. При сопутствующих условиях, «СП-2» будет достроен уже в 2019 г. При этом следует учитывать, что запущен в этом же году он не будет, поскольку для его функционирования необходима имплементация малых инфраструктурных элементов уже в Германии (откачка газа и т.д.). На имплементацию «СП-2» после 2019 г. может уйти от года до двух. Т.е. следует рассчитывать на то, что «Северный поток – 2», если и будет запущен, то при оптимальном сценарии это произойдет в 2022 г., а в лучшем случае в 2021 г. При наличии препятствий со стороны ЕС или отдельных стран Европы, его реализация может затянуться еще на несколько лет.

«СП-2» имеет проектную мощность в виде 55 млрд. м3 газа в год. Т.е. 1/2 мощности украинской ГТС на границе с Россией в направлении ЕС. Учитывая, что в 2017 г. через украинское направление «Газпром» провёл 94 млрд. м3 транзитного газа (а объемы транзита в ближайшее время не обещают увеличиваться ввиду появления альтернативных источников энергии и созданиях новых газопроводов), «СП-2» в состоянии покрывать половину мощностей украинского ГТС идущего в Европу. Если взять во внимание также, то, что первый «Северный поток» в проекте должен был прокачивать через себя те же 55 млрд. м3 газа (как и проект «СП-2»), а на деле его пиковая мощность достигла почти 62 млрд. м3, а средняя проводимость держится на уровне 58,8 млрд. м3, то следует ожидать, что это снизит потребность в украинской ГТС еще на 3 млрд. м3 газа.

Не менее важным и опасным для Украины является фактор мощности двух ниток «Турецкого потока», которые в состоянии отобрать у Украины еще 31,5 млрд. м3 транзита (в проекте). Таким образом наличие «ТП» и «СП-2» к уже существующим «обходным» газопроводам (около 200 млрд. м3) угрожают покрыть весь возможный транзит через украинскую ГТС в направлении ЕС (120 млрд. м3). Необходимо также учитывать, что к 2021 г. «Газпром» планирует довести газопровод «ТП» до границ Венгрии, а к 2022 г. к границам Словакии.

По данным на 2017 г. через Украину идёт примерно 13 млрд. м3 российского транзитного газа в Турцию. Еще 15,8 млрд. м3 газа идёт через т.н. «Голубой поток». После введения в эксплуатацию «Турецкого потока» потребность в украинской ГТС у «Газпрома» в направлении Турции не сразу, но снизится. Это также обещает снизить потребность в Украине у европейских трейдеров, которые будут получать газ без посредников, а напрямую от России. О таком сценарии уже договорилось правительство Венгрии, которое подписало договор с «Газпромом» относительно покупки газа в обход нашей страны даже при условии продления договора о транзите газа через Украину.

Возникает вполне логичный вопрос: почему «СП-2» и «ТП» выгоднее его участникам, чем уже существующая украинская газотранспортная система? Всё достаточно просто. Пожалуй, самым очевидным является тот факт, что деньги за транзит газа будут получать государства, принимающие в нём участие, т.е. страны Европы, а не Украина (третья сторона). Более того, участие стран ЕС в прямом сотрудничестве с «Газпромом» непосредственно влияет на тарифную политику России в отношении участников проекта «СП-2». Об этом заявляют как руководство «Газпрома», так и правительство РФ. Т.е. «СП-2» снижает для них стоимость газа, тем самым экономя бюджет, например, Германии. Не менее важным является тот факт, что украинская ГТС требующая модернизации, является менее экономичным и менее экологичным способом транспортировки газа по сравнению с современным, по техническим параметрам, «Северным потом-2».

Кроме экономической стороны вопроса есть также и политическая составляющая, которая заключается в том, что двусторонние пререкания Украины и России могут пагубно сказаться на транзитных обязательствах Киева, что в свою очередь влияет на доставку газа и его конечную цену (в 2016 г. Украина подняла стоимость транзита российского газа через свою территорию). Следует также осознавать, что Германия непосредственно заинтересована в реализации проекта «СП-2», поскольку тот даёт ей не только экономические, но и политические преимущества, ведь таким образом Берлин приобретает роль «распределителя» минимум 110 млрд. м3 газа в ЕС.

Экономические и политические потери Украины в данном случае не являются аргументом в пользу нашей ГТС для стран ЕС, принимающих участие в проекте, что само по себе логично, ведь зачем немецкому правительству работать на спасение бюджета другого государства, если есть собственные интересы и казна?  

При этом европейские государства всё также будут оставаться заинтересованными в транзите газа через украинскую ГТС. В 2018 г. «Нафтогаз» объявил о начале поисков транснациональной корпорации для модернизации нашей ГТС. В данный проект точно должна войти европейская корпорация, которая получит возможность заработать от будущего договора о транзите газа через Украину. Но возникает вопрос: каковы минимальные объемы транспортировки газа через украинскую ГТС в нынешнем состоянии с целью обеспечения рентабельности её использования? Эксперты называют объемы от 40 до 60 млрд. м3 газа, идущие через украинскую ГТС, которые будут приносить доходы для Киева. В меньших объемах, ГТС начнёт формировать убытки. Поскольку, по всем прогнозам, после внедрения в жизнь обходных газопроводов объем транзита через Украину однозначно уменьшится («Газпром» говорит о том, что транзит будет составлять 10-15 млрд. м3. По более объективным прогнозам он будет сохранятся на уровне минимум 30 млрд.м3 ). При всех прогнозах неизбежной необходимостью является не только модернизация ГТС, но «демонтаж» её части с целью редукции убытков.  

Украинская ГТС и газовые хранилища после начала функционирования обходных газопроводов позволят европейским партнерам и «Газпрому» покрывать потребление газа в пиковый сезон, т.е. зимой. При этом остается открытым вопрос относительно объемов импорта газа в Украину.

Некоторые эксперты опасаются, что вместе со снижением транзита газа из России в Европу через Украину, наша страна получит недостаток импортного газа необходимого для покрытия внутреннего потребления. Одним из путей решения данной проблемы является модернизация пропускной способности ГТС на западной границе Украины, что, вполне логично, требует финансовых вложений со стороны государства. С целью совместить «приятное» с «полезным» следует подключить сюда и транснациональные корпорации. Это позволит Украине сделать транзит газа через свою территорию привлекательным для стран участников модернизации ГТС, которые, во-первых, будут получать долю от транзитного контракта, а, во-вторых, смогут «качать» российский газ и проводить его в том числе и через Украину. В таком случае европейские ТНК в свою очередь будут лоббировать пролонгацию договора между «Нафтогазом» и «Газпромом» после его окончания.

Ещё одним фактором, влияющим на отношения России и Украины в сфере энергетического сотрудничества, является решение Стокгольмского арбитражного суда в 2017 г. относительно газового спора Москвы и Киева в пользу «Нафтогаза». Стокгольмский арбитраж обязал «Газпром» выплатить украинской стороне компенсацию в виде 2,56 млрд. долларов за невыгодные условия контрактов с 2009 г. «Газпром» в свою очередь не сильно торопится исполнять наложенные арбитражем обязательства и даже «подвязывает» под пролонгацию договора о транзите газа через Украину т.н. «нулевые обязательства» со стороны Киева. Это означает, что РФ требует от Украины отказаться от претензий в виде 2,5 млрд. долларов с целью продления договора о транзите. В противном случае, «Газпром» помимо апелляции потребует удовлетворение поданного в 2018 г. иска на разрыв договора о транзите с «Нафтогазом». Пока что, «Нафтогаз» не только не уступил «Газпрому», но и подал второй иск в Стокгольмский арбитраж. Это должно обязательно повлиять на дальнейшее развитие двусторонних отношений.

Мотивация «Нафтогаза» вполне ясна. Урезание транзита через Украину начнется лишь после того, как будут достроены малые инфраструктурные объекты (откачка, распределители и т.д.). Это должно произойти, как мы уже сказали ранее, после 2021-2022 г. А значит урезать транзит через территорию Украины уже в 2020 г. у «Газпрома» не получится, поскольку существуют обязательства перед европейскими покупателями, ждущими поставки. Украина в данной ситуации получает стратегическое (краткосрочное) преимущество. В длительной перспективе (т.е. после запуска обходных газопроводов) это может негативно повлиять на объемы транзита газа через Украину. Как можно выйти из этой ситуации? Адекватным решением было бы а) снижение цены за транзит и б) модернизация ГТС (под новые объемы). Это автоматически позитивно повлияет на цену газа для конечного потребителя (т.е. европейской стороны). Соответственно, логистическая привлекательность украинской ГТС возрастет, а сама политика «Нафтогаза» станет стабильной и предсказуемой в глазах европейских трейдеров (чего, собственно, и ожидают от Украины в ЕС).

Другими словами, повышение цен на транзит газа после окончания нынешнего договора о транзите позволит лишь незначительно «заработать»  в краткосрочной перспективе. В случае реализации плана по снижению цен на транзит и увеличение эффективности транспортировки газа работает на перспективу и обещает дать свои плоды даже после обещанного снижения транзита через Украину. Т.е. следует понимать, что основным заданием правительства и «Нафтогаза» в данном случае является редукция потерь.

Достаточно важным вопросом, на который многие украинские эксперты обращают внимание – это необходимость постройки новых распределительных систем в случае демонтажа убыточной части ГТС. Как оказывается, основной проблемой для «Нафтогаза» станет не столько уменьшение, урезание, импорта газа, а доставка того, что останется до конечного потребителя (т.е. облгазов).

Внутренняя добыча газа в Украине в 2018 г. составила 21 млрд. м3 газа, отметив рост по сравнению с 2017 г. на уровне 2,4%. Существующее потребление газа в Украине держится на отметке около 30 млрд. м3 в год. И растет примерно на 0,4% в год. По прогнозам экспертов, при инвестиции 3 млрд. долларов в газодобывающую сферу Украины способна не только покрыть собственное потребление, но также позволить Киеву выйти на экспорт в Европу, который по предварительным расчетам может составить около 10 млрд. м3. Это обойдется бюджету дешевле, чем, например, добыча сланцевого газа и создание хранилищ под него, за которое активно агитируют некоторые украинские политические силы. При этом еще раз обращаем внимание на то, что проблема распределения добытого газа и его экспорта за границу будут обязательно требовать модернизации существующей ГТС и подготовки его под новые условия.

Если будет политическое решение, то Украина может стать одним из крупных европейских экспортеров газа уже в обозримой перспективе. Прогноз, который составила Европейская комиссия относительно перспективы добычи газа в ЕС до 2050 г. свидетельствует о том, что добыча упадет с 118 млрд. м3 газа (2020 г.) до уровня 59 млрд м3 (2049 г.) (Рис. 2). А что же тогда произойдет с потреблением? Оно обещает упасть всего лишь на 2%! С 427 млрд. м3 (2020 г.) до 420 млрд. м3 (2049 г.) (Рис. 2).

Это означает, что ЕС обязательно понадобится дополнительный импорт, который может обеспечить как Россия, так и конкурентно-способная в перспективе Украина. Именно эти цифры объясняют, с одной стороны, необходимость построения «Газпромом» дополнительных газопроводов, а с другой добавляют уверенности в том, что украинская ГТС всё также будет оставаться востребованной, хотя и в меньшей степени, чем на данный момент.

Из всего вышенаписанного можно сделать следующий итог:

  1. Обходные российские газопроводы обязательно будут достроены;
  2. Это негативно скажется на российском транзите газа через украинскую ГТС;
  3. Снижение транзита обязательно повлияет на доходы данной отрасли, а также кол-во импорта;
  4. Снижение объемов транзита ниже рентабельной «отметки» начнёт генерировать убытки. Данный вопрос решается посредством «отрезания» убыточных частей системы;
  5. «Отрезание» приведет к тому, что потребуется создание новых распределительных систем. В противном случае, при обрезании части системы и не установке новых распределительных объектов украинских потребителей ожидает газовый кризис;
  6. «Нулевой транзит» возможен, хотя и маловероятен, поскольку это генерирует убытки, прежде всего «Газпрому». Скорее всего, Украину ожидает просто снижения объемов транзита;
  7. При сохранении нынешней добычи, или невыхода на экспортные объемы, можно рассчитывать на то, что в будущем России снова понадобится украинская ГТС для увеличения экспорта газа в ЕС (Если не будут построены дополнительные обходные пути). Тогда остается открытым вопрос: следует ли сейчас демонтировать часть ГТС или ждать лучших времен?

Рекомендации:

  1. Любое дальнейшее действие Украины по редукции угроз и ущерба нуждается в дополнительном финансировании отрасли. Во-первых, инвестиции в газодобывающую отрасль, а, во-вторых, модернизация существующей ГТС для повышения её логистической эффективности;
  2. Создание новых газораспределительных объектов с целью редукции угрозы газового кризиса;
  3. Привлечение для модернизации ГТС европейских транснациональных корпораций;
  4. Увеличение добычи газа с минимальной целью не просто покрыть собственное потребление, но даже выйти на европейский газовый рынок уже в 2021 г. (модернизация ГТС на территории западной Украины под условия экспорта);
  5. На данном этапе и в существующих условиях необходимо незначительное снижение цен на транзит газа с целью увеличения привлекательности украинской ГТС в глазах европейских трейдеров. При этом «Нафтогаз» не должен отказываться от своих претензий к «Газпрому» и соглашаться на «нулевые обязательства»;
  6. Также критически необходима отвязка экономического (бизнес-интереса) аспекта двусторонних отношений Киева и Москвы от политического на уровне decision-makers по обеим сторонам границы. Стоит признать, что нам необходим поиск консенсуса, а не создание новой почвы для конфликта;
  7. Поиск новых импортеров газа для Украины с целью диверсификации рынка и тем самым редукции кризиса в пиковый сезон (на время модернизации собственной газодобывающей отрасли)  

Владислав Сердюк, эксперт Фонда гражданской дипломатии

Popular publications